Последний номер газеты

Архив

О газете

Подписка

На сайт РГЭУ "РИНХ"

СВЕТ И ОБАЯНИЕ ЛИЧНОСТИ (Зинаида Ермольева)

Борьба с холерой стала делом всей её жизни.

Исследовательской работой в области микробиологии Ермольева начала заниматься еще студенткой. С 3 курса она добивается разрешения помогать при проведении научных исследований на кафедре микробиологии, и П.Ф. Здродовский направляет её в группу изучающих холерные и холероподобные вибрионы. Здесь она начала исследования по микробиологии холеры. С тех пор и до последнего дня жизни эта тема продолжала увлекать её, являясь одним из главных направлений исследований, и, как она сама говорила, "была её любовью".

Интенсивные исследования в этой области в Ростове-на-Дону не случайны. Последняя эпидемия классической холеры продолжалась на этой территории до 1926 года.

Холера оставалась проблемой со множеством нерешенных и дискуссионных вопросов: была неясна роль так называемых холероподобных вибрионов, выделявшихся от больных, носителей и особенно из внешней среды, из Дона и его притока Темернички. Увлеченной, трудолюбивой студентке было поручено взятие проб воды из этих рек и исследование их на наличие вибрионов. В этот же период она начинает изучение циркуляции вибрионов у гидробионтов (рыб, раков, лягушек).

Результаты, полученные в Ростове к 1922 году, показали большое разнообразие биологических характеристик различных групп вибрионов. Чтобы доказать роль неагглютинирующихся вибрионов в этиологии кишечных заболеваний, Ермольева с присущей ей преданностью науке поставила чрезвычайно опасный для жизни эксперимент на себе. У нее развилось заболевание с клинической картиной холеры, а из организма был выделен агглютинирующийся вибрион.

В 1923 г. в журнале "Юго-Восточный вестник здравоохранения" публикуется первая статья Ермольевой под названием "К биологии холерного вибриона по материалу эпидемии за 1922 год в г. Ростове-на-Дону".

В 20-х годах также публикуются результаты ее исследований о диастатическом ферменте холерных и холероподобных вибрионов; об их хлороустойчивости; о желчи как факторе, способствующем биохимической и биологической изменчивости вибрионов. На основании глубоких и всесторонних исследований морфологии и биологии холерных и холероподобных вибрионов она предложила новый метод дифференциальной диагностики этих микроорганизмов. Результаты исследований этого периода были положены и в основу санитарных норм, предусматривающих постоянное наличие в периферической сети водопроводов остаточного хлора.

В период с 1921 по 1925г., будучи еще совсем молодым микробиологом, Ермольева получила признание в результате исследований в области микробиологии холеры. Она выступает на всероссийских съездах микробиологов. Её работа "Диагностический фермент холерных и водных вибрионов в связи с фактами выделения последних у людей" доложена на VIII Всероссийском съезде бактериологов, эпидемиологов и санитарных врачей и опубликована в трудах съезда в 1924 г. В журнале "Гигиена и эпидемиология" опубликована работа о светящемся вибрионе и многие другие.

Наиболее интересными работами этих лет, имеющими продолжения на десятилетия вперед и свидетельствующими о научной интуиции Ермольевой, явились исследования родства холерных и холероподобных вибрионов и возможной роли последних в диарейных заболеваниях.

Именно Ермольева впервые в истории микробиологии выделила из кишечника больного с диарейным заболеванием холероподобный ветящийся вибрион.

Популярность открытию этого явления принесла глава о светящихся вибрионах в "Открытой книге" В.А.Каверина, который преклонялся перед талантом, добротой и бескорыстием Зинаиды Виссарионовны. Сама она в беседе с корреспондентом "Литературной России" так описала эти события: "В науке, как, вероятно, и во всяком другом деле, бывают моменты, по своему значению и не первостепенные, но оставляющие глубокий след в сознании и даже влияющие на судьбу человека. Ими оказались для меня холероподобные светящиеся вибрионы. О них так любовно написал Каверин, что не стоит объяснять мое отношение к ним. А произошло это так. Однажды ночью - это было в 1925 году в Ростове-на-Дону - я увидела, что вибрионы в чашке… светятся. Хотя было уже за полночь, я побежала к профессору В.М. Слесаревскому. Он, естественно, удивился столь позднему посещению, а я только смогла выговорить: "Они светятся! Светятся!".

В 1925 году Ермольева переехала в Москву, где организовала и возглавила в Институте биохимии им. А.Н. Баха отдел биохимии микробов,
переведенный затем во Всесоюзный институт экспериментальной медицины (ВИЭМ).

Из Ростова она привезла с собой один-единственный чемодан. В нём была коллекция, содержащая около 500 культур холерных и холероподобных вибрионов. В столице Ермольева продолжила свои исследования по холере.

Научные интересы Зинаиды Виссарионовны этого периода широки. Она занимается исследованием влияния некоторых аминокислот на столбнячный токсин, на токсигенность возбудителя дифтерии. Ее интересуют исследования ассоциаций микроорганизмов, взаимное влияние микробов при совместном культивировании. Серия работ посвящена исследованиям аминов как антигенов. Исследования направлены на получение эффективных вакцин против кишечных инфекций, в частности, брюшнотифозных вакцин.

В 30-е годы Ермольева увлекается еще мало изученным в тот период феноменом бактериофагии и бактериофагами, в том числе холерными.

Исследования эти она никогда не прекращала на протяжении всей своей научной жизни.
В 1940 г. в лаборатории Ермольевой был разработан метод приготовления холерного фага и передан для использования в производственных условиях.

В июле 1941 года Зинаида Виссарионовна с сотрудниками лаборатории выезжает в город Термез на границе с Афганистаном, в котором появились случаи заболевания холерой. Работа группы предупредила распространение холеры на территории СССР.

Особенно большую роль результаты исследований по холере сыграли в период Великой Отечественной войны в осаждённом Сталинграде.

Холера была занесена в Сталинград немецкой армией и угрожала нашим войскам распространением по путям эвакуации. Ермольева возглавила самоотверженную борьбу сталинградцев по профилактике холеры. Около 6 месяцев она провела в прифронтовой полосе. Благодаря её организаторскому таланту, умению работать с людьми угрозу распространения холеры удалось предотвратить. Один из участников этой работы, Н.А. Хмелев, вспоминал: "Решительность, напористость и одновременно своеобразная женская мягкость отличали эту удивительную женщину. Она не командовала - внушала. Не только создала в труднейших условиях прекрасную лабораторию, но и мобилизовала многих медиков и сандружинниц, обучала, инструктировала…".

За борьбу с инфекциями на Сталинградском фронте в конце 1942 года Ермольева была награждена орденом Ленина. Как результат многолетних исследований в 1942 году выходит ее монография "Холера".

А в 1943 году ей и Л.М. Якобсон за участие в организации и проведении большой профилактической работы на фронтах Великой Отечественной войны, за разработку новых методов лабораторной диагностики и фагопрофилактики холеры была присуждена Государственная (Сталинская) премия I степени, переданная ими в Фонд обороны для создания боевого самолета. Так взлетел в небо истребитель "Зинаида Ермольева".

В Ростовском противочумном институте З.В.Ермольева в течение многих лет была научным консультантом по холере.

Она активно участвовала в противоэпидемиче-ской работе во время вспышки холеры в 1965 году в Кара-Калпакской АССР. Когда в 1970 г. сложилась тяжелая ситуация по холере с основными очагами заболевания в Астрахани, Одессе, Керчи, она выезжала туда совместно с сотрудниками института.

Президент АМН СССР академик В.И.Покровский: "Мне особенно близка неутомимая деятельность З.В.Ермольевой во время эпидемии холеры - если можно так сказать, ее любимой инфекции. Со студенческих лет, не считаясь ни со здоровьем, ни с возрастом, она отдавала все силы и весь свой огромный опыт диагностике и разработке комплекса лечебно-профилактических мероприятий".

В 20-е годы З.В. Ермольева посещает Институт Пастера в Париже, Коховский институт в Берлине.

Её работы печатают за рубежом. В сфере её интересов - не только описание и изучение свойств микроорганизмов, но и поиск новых путей борьбы с инфекциями. И здесь ее внимание обратилось к бактерио-фагам и лизоциму. Каким даром предвидения надо было обладать, чтобы преобразовать отдел биохимии микробов в Институт биологической профилактики инфекции!

В 1922-1924 гг. появились в печати обстоятельные работы Флеминга и Аллисона о лизоциме, его биологической активности и распространении в природе. Обычно к этому времени относят открытие лизоцима.

(Кстати, не нужно забывать о том, что в 1908 г. русский гигиенист Павел Николаевич Лащенков из Томского университета и его ученик И.Р. Ломакин обстоятельно изучили антисептические свойства белка куриных яиц по отношению к широкому спектру микробов. Они утвердили взгляд о мощных антисептических свойствах белка куриных яиц. Позднее стало известно, что в нем в больших количествах находится лизоцим.)

Каждое десятилетие научной деятельности Зинаиды Виссарионовны ознаменовывалось чем-то главным, масштабным. Такими работами 30-х годов были исследования по лизоциму, которые она начала впервые в нашей стране. Ермольева со своими учениками и сотрудниками углубила исследования Флеминга и других и разработала оригинальный способ получения концентрированного и очищенного лизоцима для целей его применения в клинике в борьбе с инфекционными заболеваниями и в промышленной микробиологии. Она считала явление лизоцима защитным свойством живых организмов, доказывала значительную роль лизоцима в иммунитете.

следующая статья...

предыдущая статья...

в номере...